Отношение к фостерным семьям

Еще одной группой вопросов, в отношении которых у большинства граждан нет явно выраженной позиции (и тоже, как и по проблемам эвтаназии и смены пола, — в силу недостаточного знания и понимания проблемы), оказались вопросы, посвященные «законам» о фостерных семьях (фостерная семья — это семья «профессиональных приемных родителей», работающих по найму, с которыми государство заключает контракт на воспитание ребенка).

По-видимому, большинство никогда не слышали о фостерных семьях и проблемах, с ними связанными. Это и не удивительно, так как важнейшая реформа, касающаяся судеб украинских сирот, из которых 70 % являются «социальными» (то есть родители которых отказались от детей или лишены родительских прав), тихо ведется вот уже более 10 лет без, казалось бы, необходимого в таких случаях широкого общественного обсуждения, и, главное, общественного участия. Правды ради, надо сказать, что, похоже, никакое общественное обсуждение не помогло бы.

Почему реформа, касающаяся детей, проходит как квартирная кража. Также и о ювенальных подходах в сфере семьи и детства, о ювенальных технологиях и последствиях их внедрения, которые затрагивают интересы всего населения Украины (а не только детей-сирот и приемных семей, как в случае с фостерными семьями), граждане практически случайно узнали.

Общее во всех этих реформах одно — сверхестественная энергичность и ослиная упертость правительственных реформаторов, сочетающиеся с полной глухотой к очевидным аргументам против их реформ. И всё это — из-за монетизации. О, это священное слово! Например, монетизация образования привела к тому, что образование теперь — просто платная услуга, а не формирование и воспитание (воспитывать и формировать теперь разрешено только толерантность). Так же монетизируется и сфера социальной защиты, только здесь товаром являются не баллы и дипломы, а сами дети и бюджет, отпущенный на их защиту. Ювенальные технологии служат для расширения этого рынка за счет увеличения неблагополучных детей. Фостерные семьи — часть этой технологии.

На примере США хорошо видно, насколько технология фостерных семей неоднозначна и противоречива. Так, в США, в которых эта система развивается уже более ста лет, до сих пор нет единых федеральных стандартов в отношении фостерных семей, каждый штат имеет свои правила и законы, сильно отличающиеся друг от друга.

Фостерная семья по документам рассматривается как временное экстренное решение для размещения ребенка, оказавшегося в трудной жизненной ситуации, установление эмоциональной привязанности ребенка к попечителям из фостерной семьи рассматривается как осложнение и только в качестве исключения приводит к постоянному проживанию ребенка в этой семье до 18 лет. Фостерная семья в самих США рассматривается не как универсальное средство для решения проблем осиротевшего или находящегося в трудных жизненных обстоятельствах ребенка, а одна из семи форм семейного жизнеустройства детей, главной и желательной из которых является «помещение в семьи родственников». При этом ребенок передается даже одиноким бабушкам или дедушкам, а государство оказывает в таких случаях материальную и социальную поддержку.

У нас же, фостерная (приемная за деньги) семья превращена в панацею от всех бед, в средство ликвидации «национального позора» — детских домов. При этом можно рапортовать о формальном выполнении требований главных правовых документов, в которых закреплено право ребенка на жизнь в семье. Передал ребенка дяде с тетей, которые не имеют даже опекунских прав и обязанностей, не несут почти никакой ответственности, не должны иметь взаимную симпатию с ребенком, как при усыновлении, — и всё, проблема решена: «ребенок живет в семье».

Одни выступают за то, чтобы платить зарплату приемным семьям, закрывая глаза на то, что такие семьи почти не отвечают за детей, и на то даже, что детей из таких семей могут в любой момент сдать назад, в детский дом, или обменять на других.

Вторые выступают за то, чтобы исключить возможность зарабатывания на приемных детях, закрывая глаза на то, что в этом случае многие семьи, искренне желающие помочь сиротам, не смогут этого сделать просто из-за недостатка средств.

А третьи — а их больше трети — не могут примкнуть ни к первым, ни ко вторым, потому что вопросов к фостерным семьям много, а ответов мало.

Это как при рождении собственных детей — подавляющее большинство наших граждан считают, что от собственных детей могут отказываться только уроды или преступники.

И всё же большинство граждан — 56 % — считают, что право на воспитание приемных детей в семье должно предоставляться только при условии усыновления детей или установления опеки над ними.

И это, по сути, является явной и главной оценкой нашим обществом практики фостерных семей. Большинство граждан считают, что, независимо от финансовых и прочих проблем, воспитание приемных детей в семье возможно только на основе любви и ответственности. Если за такое воспитание государство будет платить — хорошо. Но нельзя доверять воспитание детей людям, которые на этом только зарабатывают, не беря на себя никакой ответственности (которая задается усыновлением и установлением опеки), и не испытывая любви к ребенку.

И еще важный вывод: всем, кто обеспокоен судьбой детей-сирот, необходимо резко усилить информационную, разъяснительную работу среди населения. Потому что слишком многие не знают и не понимают современной обстановки и современных проблем воспитания детей-сирот. А будучи плохо информированными и ничего толком не понимающими, граждане становятся легкой добычей либеральных пропагандистов, которые в погоне за монетоймонетизацией, готовы, кажется, торговать не только сиротами, но и своими собственными детьми.

Комментировать

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *