ДИКТАТУРА БЕЗДЕТНЫХ

Что-то мне в последнее время все труднее вести разговор с людьми, у которых нет детей. Они какие-то нервные, одержимые и неуловимые. Прямые, глухие и беспощадные. Они презирают диалектику и обожают дидактику. Они по-чернышевски требовательны к человечеству и по-достоевски снисходительны к себе. Честно признаюсь — не люблю я бездетных. И чем дальше, тем больше. Старею, наверное.

Разумеется, бездетные бывают разные. Есть люди биологически бездетные и есть люди психологически бездетные. Человек может не иметь потомства, потому что так природа захотела, но при этом он думает, чувствует и живет как человек не бездетный и даже многодетный. И наоборот: ты можешь нарожать хоть пятеро детей, но при этом не жить с ними вообще, либо жить, но как будто не с ними. Потому что есть вещи более высокого порядка. Настолько высокого, что с той высоты даже себя самого не разглядеть.

Кто-нибудь еще помнит, что такое больничный по уходу за ребенком? А как на вас обычно смотрят, если вы пробуете уйти с работы вовремя, чтобы забрать чадо из детского сада? «Работа прежде всего» — сегодня это почти то же самое, что тридцать лет назад «дело Ленина живет и побеждает». Даже в государственных учреждениях на человека смотрят как на героя советских фильмов про дело доблести и подвиг славы. Вся жизнь сосредоточена здесь и сейчас, а семья — это так, хобби, досуг, факультативные занятия по самосовершенствованию типа йоги, послетрудовой релакс типа спа. Успел — хорошо, не успел — ничего страшного.

И дело тут даже не в форме собственности работодателя. Дело в том, кто вырывается на руководящие должности и потом формирует на своей поляне повестку существования. В большинстве случаев это, конечно, психологически бездетные люди. Именно они сегодня управляют страной и создают в ней условия — по своему образу и подобию.

Именно их головами мы думаем, их ценности принимаем, их мечтами мечтаем. Психологически не бездетному сегодня трудно везде, но особенно — если сфера его деятельности так или иначе связана с общественной мыслью. Список основных добродетелей прогрессивного человека таков, что ему можно соответствовать только в бессемейном состоянии. Бешеный и малоэффективный трудоголизм, беспредельная ксенофилия и непримиримая толерантность, культ протеста и обличения, нацеленность на вечный социальный эксперимент вместо поступательного развития и, наконец, какое-то мистическое неприятие обыкновенной семьи как таковой. Да, именно обыкновенной, мещанской, заболоченной, доброй семьи.

Удивительным образом это идеологическое разнотравье преподносится под брендом «западные ценности». Такое ощущение, что эти люди видели Запад только в кино. Возьмем, к примеру, трудоголизм. Даже среди тех европейцев, которые делают собственный бизнес, это редкость, а уж наемный работник — и вовсе человек, которого лишней минуты работать не заставишь. Знаете, что такое по-немецки «Feierabend»? О, это одно из главных слов немецкой нации! «Конец рабочего дня», «свободный вечер», «моя семья ждет меня» — даже вольный перевод не отразит того гранитного блеска, до которого это слово отшлифовано веками. Если немец сказал: «Feierabend», вернуться на работу его может заставить лишь всеобщая мобилизация. И почему-то такой подход ничуть не мешает легендарной немецкой производительности труда. Даже наоборот — жесткие рамки рабочего дня вынуждают работодателей вкладываться в автоматизацию производства, оптимизировать процессы, совершенствовать логистику.

В публичном пространстве западной цивилизации человек по умолчанию — семейный человек. У нас — вольный орел, роковая женщина. Где мы вообще наблюдаем сегодня публичных людей с детьми? Когда вы последний раз видели наших политиков, бизнесменов, актеров, вышедших в свет в полном семейном составе? Ежедневно сканируя информационное поле, мы получаем один и тот же сигнал: семья и карьера несовместимы… семья и карьера несовместимы… Это что — тоже западная ценность? Тогда почему в той же Америке политик не политик, если он не показался на публике с женой, детьми, а желательно еще и родителями. Чтобы продемонстрировать всем свою нормальность: вот видите, ребята, я такой же, как вы, мои дети учатся здесь, я заземлен, я обременен, я подкаблучник собственной страны.

Это только по паспорту мы рождаемся один раз. На самом деле, в жизни случаются события, по значимости ничуть не уступающие собственному появлению на свет. И рождение детей — это, безусловно, главное из таких событий. Став матерью, женщина меняет личность, иногда до неузнаваемости. Став отцом, мужчина порой пересматривает свои взгляды на все — от дна до покрышки. После этого ему даже с собой прошлогодним разговаривать не о чем — ведь этот парень нестерпимо глуп. В корявом слове ЗАГС мне очень нравятся последние две буквы — «гражданское состояние». Человек с детьми — это новый уровень ответственности и более высокая ступень гражданского состояния. По большому счету, он достоин какого-нибудь особого паспорта — с расширенным функционалом. Смотрите, завидуйте. Плодитесь, размножайтесь.

 Дмитрий Соколов-Митрич

Комментировать

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *